Магия чисел

Сборник лёгкого балагурства и весёлой мудрости




Из сказок "Тысяча и одна ночь" по изданию Ж.-Ш.Мардрюса.(1903г. Петербург)

НЕИЗНОСИМЫЕ БАБУШИ


 Рассказывают, что был в Каире москательщик Абу-Кассем, который славился своей скупостью.
И хотя Аллах даровал ему удачу в делах купли и продажи, он жил, как беднейший из нищих. Платье его состояло из заплат и лохмотьев, а чалма его была такая старая и грязная, что уже нельзя было определить цвет её. Но из всей его одежды особенно выказывалось его скряжничество на его бабушах. Они были подбиты огромными гвоздями и тверды, как осадные машины, с подошвами толстыми, как голова бегемота.
И за двадцать лет самые искусные кожевники Каира истощили всё своё уменье, чтобы как-нибудь стянуть жалкие их остатки.
Тут Шахразада заметила, что наступает утро, и умолкла.
А когда наступила семьсот семьдесят шестая ночь, она сказала:
НОЧЬ СЕМЬСОТ СЕМЬДЕСЯТ ШЕСТАЯ

Вследствие всего этого бабуши Абу-Кассема стали такими тяжёлыми, что давно уже вошли в поговорку по всему Египту. Так, если носильщик изнемогал под тяжестью своей ноши, он, вздыхая, говорил: «Да проклянёт Аллах владельца этой ноши! Она тяжела, как бабуши Абу-Кассема».
А если слишком неудобоваримое кушанье производило бурю внутри живота, то говорили: «Оно оказалось тяжёлым, как бабуши Абу-Кассема». Но однажды, когда Абу-Кассем как-то особенно выгодно устроил свои дела, он решил пойти в гамам, куда не заглядывал ранее ни разу. Он оставил свои бабуши на пороге, а когда вышел, то увидел на их месте пару прекрасных кожаных туфель.
И Абу-Кассем сказал себе: «Это Аллах посылает их мне, зная, что я давно уже мечтаю купить себе именно такие».
И он взял их и ушёл. На самом же деле туфли принадлежали остававшемуся в гамаме кади. Что же до бабуш Абу-Кассема, то человек, поставленный стеречь обувь, увидев эту мерзость, поспешил спрятать их в уголок.
Когда же прислужники гамама вместо туфель кади нашли бабуши Абу-Кассема, они бросились за ним в погоню, и кади отправил Кассема в тюрьму.

 И чтобы не умереть в тюрьме, Абу-Кассем должен был поневоле быть щедрым в бакшишах сторожам и полицейским начальникам. Выйдя из тюрьмы раздосадованным до крайности, он решил отделаться от своих бабушей и бросил их в Нил. Но несколько дней спустя рыбаки, с большим трудом вытащив свои сети, нашли там бабуши Абу-Кассема, и с бешенством убедились, что их гвозди попортили петли их сетей.
И они бросились к лавке Абу-Кассема, кинули бабуши внутрь, и те побили склянки с розовой водой.
Тогда досада Абу-Кассема достигла крайних пределов, и он решил закопать их в своём саду. Но один из его соседей предупредил вали, что Абу-Кассем откапывает какой-то клад у себя в саду.
И несчастный Абу-Кассем напрасно клялся, что не находил никакого клада, а хотел только похоронить свои бабуши. Вали не мог поверить такому странному намерению, столь противоречащему баснословной скупости обвиняемого; и он принудил огорчённого Абу-Кассема внести, чтобы получить свободу, весьма крупную сумму.
Тут Шахразада заметила, что наступает утро, и умолкла.
А когда наступила семьсот семьдесят седьмая ночь, она сказала:
НОЧЬ СЕМЬСОТ СЕМЬДЕСЯТ СЕДЬМАЯ

Обретя свободу, Абу-Кассем взял свои бабуши и поклялся отделаться от них во что бы то ни стало. Он пошёл домой и поднялся на террасу положив свои бабуши неподалёку.
И как раз в эту минуту собака соседей схватила в пасть одну из бабуш и стала играть с нею.
И отброшенная с террасы бабуша упала на голову проходившей по улице старушки и прибила её.
А родственники старушки узнали бабушу Абу-Кассема и подали на него жалобу кади.
И несчастному пришлось заплатить согласно закону.
И чтобы избегнуть тюрьмы, принуждён он был заплатить крупный бакшиш стражникам и полицейским начальникам.
Тогда Кассем снова явился к кади, поднял обе бабуши над головою и воскликнул:
— О господин кади, вот причина всех моих злоключений! Умоляю смилостивиться надо мною и издать заявление, что Абу-Кассем уже не владелец этих бабуш и не ответствен более за все несчастия, которые они причинят в будущем! Проговорив это, он бросил бабуши посреди Залы заседаний и бросился бежать босиком, а все присутствующие покатывались со смеху!
И Шахразада, не останавливаясь, рассказала ещё:

БАХЛУЛ, ШУТ АЛЬ-РАШИДА


 Халиф Гарун-аль-Рашид имел во дворце шута Бахлула, который развлекал его в минуты мрачного настроения.
И халиф однажды сказал ему:
— Знаешь ли ты, сколько безумцев в Багдаде? Я поручаю тебе составить полный их список. Бахлул же разразился на это долгим смехом и ответил:
— О повелитель мой, я враг всякой утомительной работы.
И потому, чтобы исполнить твоё желание, я сейчас же составлю список мудрецов живущих в Багдаде! Ибо эта работа потребует у меня не больше времени, чем выпить глоток воды.
И по этому списку, который будет весьма короток, ты будешь знать, клянусь Аллахом, как велико число безумцев в столице твоего государства!
И Шахразада в эту же ночь сказала ещё:

ПРЕДЛОЖЕНИЕ ВСЕОБЩЕГО МИРА


 Рассказывают, что один деревенский шейх имел великолепный птичий двор.
И был у него чудесный петух Голос Зари со звонким голосом и с блестящим золотистым оперением.
И он был полон справедливости и внимания к супругам своим, исполняя свои обязанности относительно них столь же усердно, сколь и беспристрастно. Но вот однажды Голос-Зари, в то время как жёны его занимались птенцами, решил осмотреть земли своего хозяина. И, дивясь всему, что видел перед собой, он очутился вдруг за чертой фермы и обнаружил себя совершенно одиноким в диком месте, которое он никогда не видал.
И нигде не видно было ни дружеского лица, ни знакомого предмета. Начав тревожиться, он испустил несколько кратких тревожных возгласов...
Тут Шахразада заметила приближение утра и умолкла.
А когда наступила семьсот семьдесят восьмая ночь, она сказала:







Мобильная версия Главная