Магия чисел    

Сложная история привлекательного незаконнорожденного




Когда же султан Махмуд услышал о приключениях предполагаемого дервиша, он бросился ему на шею с открытым сердцем, облобызал его и сказал:
— Слава Тому, Кто низводит и поднимает, Кто уничижает и возвеличивает!

Поистине, о мой брат, твоя история есть великая история!
Да возблагодарится тебе за то, что ты облагородил ею мой слух и обогатил мой разум.
Я бы желал быть твоим другом!
И когда султан-дервиш с растроганным сердцем принял это дружеское предложение, султан Махмуд прибавил:
— О друг мой, знай, что и в моей жизни была одна история.

И я хочу без промедления рассказать её тебе, чтобы ты знал с самого начала нашей дружбы, кем я был!
И султан Махмуд рассказал султану-дервишу следующее:

ИСТОРИЯ ОБЕЗЬЯНЫ-ЮНОШИ


 Знай, о мой брат, что начало моей жизни совершенно подобно концу твоей.

Ибо я был рожден от крайне бедного отца - поливателя улиц.
Целыми днями он носил на своей спине козий мех с водою и, склоняясь под своей ношей, поливал землю перед лавками и домами за крайне скудную плату.

И когда мой отец скончался по милосердию своего Господа, всем богатством моим оказался козий мех для поливки.
Но спина сына не всегда столь же крепка, как спина его отца, и вскоре я вынужден был - так был тяжел большой отцовский мех - отказаться от тяжкого труда поливки улиц, чтобы не видеть себя горбатым.

И, не имея ни имущества, ни состояния, я сделался нищим-дервишем и протягивал руку прохожим во дворах мечетей и в общественных местах.
И я жил жизнью бедняка в нищете и убожестве, не зная никаких удовольствий существования.

Но однажды щедрый господин подал мне в день его свадьбы пять драхм.
И я, зажав их в руке, побежал на главный базар, приглядываясь глазами и принюхиваясь носом по всем сторонам.
Тут Шахразада заметила приближение утра и умолкла.

А когда наступила восемьсот тридцать первая ночь, она сказала: Иувидел я на базаре толпу людей, собравшихся вокруг человека, который вел на цепи большую молодую обезьяну с розовым задом.

Она делала глазами, лицом и руками знаки всем окружающим с очевидной целью получить фисташек, гороха и орехов.
И я, увидав эту обезьяну, сказал себе: «Кто знает, не привязана ли твоя участь к шее этой обезьяны?

Не стоит ли купить эту обезьяну, чтобы потом показывать её и верным образом зарабатывать себе ежедневное пропитание?»
И после недолгого торга я купил обезьяну у её хозяина за пять звонких драхм.

Но я не мог прийти вместе с нею во двор мечети, где я жил на открытом воздухе, и потому я направился к старому полуразрушенному дому, чтобы там провести ночь со своей обезьяной.
И когда голод начал терзать меня и я уже начал сожалеть о своей покупке, вдруг увидел, что моя обезьяна встряхнулась и обратилась в прекрасного юношу.

И я воскликнул:
— Клянусь Аллахом!
Что это значит, и кто ты?
И юноша ответил:
— О Махмуд, не задавай мне никаких вопросов.
Возьми лучше этот золотой динарий и купи всего, что необходимо для нашего угощения.

И знай, Махмуд, что твоя судьба действительно, как ты и думал, привязана к моей шее, и что я явился, чтобы принести тебе счастье и благоденствие.
И я тотчас же исполнил его приказание, и мы принялись за нашу трапезу наивысшего достоинства, первую в этом роде от моего рождения.

И когда наступила ночь, мы улеглись рядом друг с другом.
А наутро юноша разбудил меня и сказал:
— Пора теперь тебе пойти купить для нас какой-нибудь дворец.
И ты можешь тратить деньги без всякого опасения, покупая мебель и самые дорогие ковры.

И сходи в гамам, чтобы помыться и улучшить свою внешность, и купи себе подобающую одежду вместо лохмотьев.
И не думай о деньгах: у нас их больше, чем у султанов.
И я отвечал, что слушаю и повинуюсь, и поспешил принять великолепную ванну, и вышел из гамама освеженным, надушенным и похорошевшим.

Тут Шахразада заметила наступление утра и умолкла.
А когда наступила восемьсот тридцать вторая ночь, она сказала: Икогда юноша увидел меня облеченным в роскошные одежды, он похлопал меня по плечу и сказал:
— Теперь возьми этот сверток и иди просить в жёны дочь султана Каира!

Ибо это начертано в твоей судьбе!
И без всякого колебания отправился я к дворцу султана.
Стражи дворца, увидав, что я одет с таким великолепием, попросили от моего имени аудиенции, и вскоре я вручил султану сверток.

Развернув его, он увидел там драгоценные вещи: ожерелья и разные украшения неслыханного великолепия.
Удивлённый, он вскрикнул от красоты этого подарка и сказал мне:
— Я принимаю его!
Но поторопись изложить мне, в чем состоит твое желание!

И я ответил:
— О царь времен, моё желание состоит в том, чтобы породниться с тобою при посредстве этой жемчужины, этого нераспустившегося цветка, этой нетронутой девы, закрытой покрывалами - твоей дочери!

И султан некоторое время внимательно смотрел на меня, а потом ответил мне:
— Тому нет никаких препятствий!
Однако великий визирь, склонившись к султану, сказал:
— О царь времен, быть может, следовало бы потребовать кроме этого подарка другого доказательства его могущества?

Покажи ему самый прекрасный алмаз твоей сокровищницы и обещай отдать ему твою дочь под условием, что он представит в виде свадебного подарка алмаз такой же ценности.
И султан принял этот совет, и я старательно рассмотрел камень, поворачивая его во всех направлениях, и запечатлел его в своем глазу.

Потом я откланялся, испросив разрешения прийти на следующий день.
И я возвратился к юноше и сообщил ему обо всём, что было, и описал ему камень, как если бы держал его между своими пальцами.
И он сказал мне:
— Это очень нетрудно!

Сегодня уже слишком поздно, но завтра я дам тебе десять алмазов подобных тому, который ты описал мне!
Тут Шахразада заметила наступление утра и умолкла.
А когда наступила восемьсот тридцать третья ночь, она сказала: Аутром юноша принес мне десять алмазов, по красоте совершенно равных алмазу султана.

И я преподнёс их султану, сказав ему:
— О господин мой!
Я не решился представить тебе один алмаз, предоставляю тебе выбрать его из десяти!
И султан был поражен этим, и, когда он пришёл в себя от удивления, сделал распоряжение, чтобы начались приготовления к свадьбе.

И после того, как был написан брачный договор, юноша сказал мне:
— Махмуд!
Я хочу, чтобы ты не довершал брака прежде, чем я дам тебе разрешение на это!
И я ответил:
— Слушаю и повинуюсь!

И всю ночь вместо того, чтобы делать то, что делает обыкновенно в подобном случае супруг, я просидел в углу комнаты вопреки моему желанию.
И я провел так и вторую ночь, и третью ночь, и, когда мать моей жены по обычаю справлялась, как была проведена ночь, моя жена отвечала:
— Не сделано ещё ничего!

И когда об этом узнал султан, он воскликнул:
— Если он не лишит её девственности, я обезглавлю его!
И когда я поставил юношу в известность о положении вещей, он сказал:
— Момент наступил!

Теперь ты должен потребовать у жены отдать тебе браслет, который она носит на правой руке.
Ты возьмешь его и тотчас же принесешь его мне.
После этого тебе дозволяется сочетаться с нею и удовлетворить её мать и отца.

И когда с наступлением ночи я изложил супруге свою просьбу, она сказала:
— Я с удовольствием сделаю это, но я не знаю, к чему может послужить переход в твои руки этого браслета-амулета, который подарила мне моя кормилица, когда я ещё была ребенком.

Тут Шахразада заметила наступление утра и умолкла.
А когда наступила восемьсот тридцать четвертая ночь, она сказала:








Мобильная версия Главная