Магия чисел    

Рассказ о Синдбаде-мореходе




И капитан воскликнул:
— Как смеешь ты уверять, что ты Синдбад-мореход, когда мы своими глазами видели, как он утонул вместе с другими купцами!

Тогда я ответил ему:
— Выслушай меня, и я докажу тебе, что я действительно Синдбад!
И я рассказал капитану различные случаи, которые имели место во время нашего плавания.
Тогда он перестал сомневаться, поздравил меня со спасением и приказал выдать мне мои товары, которые я велел отнести на базар, уверившись, что всё в целости.

На базаре я продал большую часть товара с барышом во сто на один, но оставил несколько ценных вещей, которые отложил в подарок царю Михражану.

 Затем я пошёл во дворец, чтобы поблагодарить его за его щедроты и покровительство, мне оказанное.

Он отпустил меня, сказав несколько трогательных слов, и на прощанье подарил мне несколько весьма ценных вещей.

 И я поспешил к отплытию судна, которое тотчас же распустило паруса.

Плавание наше было благополучно, хотя продолжалось много дней и ночей, и с радостью в сердце достигли мы, наконец, благословенного родного города моего Багдада.

 И я вошёл в дом свой, где встретил родных и друзей здоровыми.


 И забыл я среди новой жизни своей о превратностях судьбы, об испытанных опасностях, о тоске изгнанничества, о мучениях и утомлении в пути.
У меня было много прекрасных друзей, и жил я счастливо и весело, без забот и без неприятностей, долгое время пользуясь всею душой всем, что нравилось мне, и наслаждаясь дивными яствами и драгоценными напитками.

Таково было моё первое путешествие!
Но завтра, если будет угодно Аллаху, я расскажу вам о втором моём путешествии, которое ещё необычайнее первого!

 В этом месте рассказа своего Шахразада заметила, что наступает утро, и скромно умолкла.

Но когда наступила двести семьдесят восьмая ночь, она сказала: Когда наутро вновь собрались гости, они сели вокруг скатерти, на которой были расставлены: жареная ягнятина, золотистые цыплята, а также фисташковое, ореховое и виноградное тесто.

И пили они и ели, и, когда все насытились, Синдбад заговорил среди молчаливых слушателей своих.

ВТОРОЙ РАССКАЗ СИНДБАДА-МОРЕХОДА


 Я вёл, поистине, счастливейшую жизнь, когда однажды задумал снова пуститься в путь, ибо душе моей захотелось порадоваться на далёкие края и острова и посмотреть с любопытством на незнакомые предметы, не упуская, однако, из вида торговлю в различных странах.

Я отправился на базар, накупил товаров и перенёс их на внушавшее мне доверие судно.
Плавание было как нельзя более благоприятно, пока мы не пристали к острову, поросшему высокими деревьями и орошённому чистыми водами, но не имевшему ни одного жителя.

Взяв с собою кое-что из съестного, я отправился к ключу с прозрачной водой и с необыкновенным удовольствием принялся за еду.
Лёгкий ветерок пел вполголоса и приглашал к отдохновению.
Я растянулся под деревом и задремал среди свежести и ароматного воздуха.

Проснувшись, я заметил, что остался один; судно отплыло, не заметив моего отсутствия.
Тогда пришёл я в несказанное отчаяние; от скорби и огорчения я почувствовал, что печень моя готова лопнуть.

И я бросился на землю, заранее оплакивая свою смерть и говоря:
— Мы все принадлежим Аллаху, и все должны вернуться к Нему!

 Но вскоре я понял, что мои жалобы ни к чему не ведут.

Я встал и влез на вершину дерева, откуда принялся внимательно смотреть во все стороны.
И мне показалось, что вдали виднеется гигантский белый призрак.
Я слез с дерева и с большою осторожностью стал подвигаться в его сторону.

Приблизившись, я увидел, что это громадный купол ослепительно белого цвета, широкий в основании и очень большой высоты.
Я попытался влезть на него, но никак не мог удержаться на нём.
В то время, как я раздумывал, как отыскать двери этого купола, я вдруг заметил, что день превращается в ночь.

Я поднял голову и увидел громадную птицу с необъятными крыльями.
Она летела перед солнцем, совершенно заслоняя его и разливая мрак над островом, И тогда я вспомнил, что во времена моей юности рассказывали мне моряки о необычайных размеров птице по имени Рох, которая живёт на далёком острове и может поднимать слона.

И решил я, что белый купол, у которого я стоял - яйцо этого самого Роха.

 И едва успел я сообразить это, как птица спустилась на яйцо, как бы собираясь высиживать сто.

Она прикрыла его своими необъятными крыльями, поставив ноги на землю, и тотчас же заснула.
Тогда я, лежавший на земле как раз у одной из её ног, показавшейся мне толще ствола старого дерева, быстро встал, размотал материю своего тюрбана...


 Тут Шахразада заметила, что наступает утро, и умолкла.
А когда наступила двести семьдесят девятая ночь, она сказала: Я размотал материю своего тюрбана и свил из нёс толстую верёвку.

Этой верёвкой я крепко привязал себя к одному из когтей птицы, сказав себе: «Громадная птица куда-нибудь да полетит и, возможно, принесёт меня, где живут люди».
Однако, несмотря на мои движения, птица так же мало обращала внимания на моё присутствие, как если бы я был ничтожной мухой!

В таком положении оставался я всю ночь, а на рассвете птица поднялась с яйца, издала ужасающий крик и взлетела.
Она поднималась всё выше, а потом спустилась на землю с такой быстротой, что я перестал чувствовать собственную тяжесть.

Я поспешил развязать свой тюрбан и отбежал от гигантской птицы как можно дальше.
И вскоре я увидел, как она снова взвилась в воздух, держа в когтях что-то длинное и чёрное.
То была неслыханно длинная змея отвратительного вида.


 Взволнованный до крайности, я посмотрел вокруг себя и увидел, что нахожусь в глубокой долине, окружённой со всех сторон такими крутыми горами, что нечего было и думать взобраться на них.

Убедившись в этом, я подумал: «О какое бедственное положение!
Я каждый раз избегаю одной беды лишь для того, чтобы попасть в другую, и ещё более ужасную!»

 И всё-таки я поднялся и вдруг увидел, что вокруг меня повсюду разбросаны были крупные и мелкие алмазы.

В некоторых местах они образовали целые кучи в рост человека.
Но между этими кучами было несметное число змей, которые были толще и длиннее пальм и, без сомнения, каждая могла проглотить целого слона.

Объятый ужасом, я продолжал бродить по алмазной долине до самой ночи.

Наконец, заметил я невдалеке пещеру, вход в которую был очень узок, но в которую всё же мог пролезть человек.

Я подошёл, проник туда, завалил вход камнем из предосторожности и подумал: «Завтра я выйду и увижу, что готовит мне судьба».
Утром я отвалил камень и увидел, как в нескольких шагах от меня упал большой кусок мяса.

Тогда вспомнил я, что когда-то слышал от странствующих купцов, что они придумали любопытный способ добывания драгоценных камней из недоступных мест.
Они резали баранов, разделяли мясо на крупные части и бросали их в долину, где алмазы глубоко вдавливались в мясо.

Громадные орлы и Рохи набрасывались на эту добычу, чтобы унести её своим птенцам.
Тогда люди бросались на птиц с громким криком, заставляя их выпустить мясо и улететь.
Тогда осматривали они мясо и выбирали из него алмазы.

И я подумал, что смогу выбраться из этой долины, где ждала меня неминуемая смерть.
Я стал собирать алмазы, отбирая самые крупные и красивые.
Я набил ими карманы, всё платье, рубашку и даже нижнее бельё.

Затем я снова размотал свой тюрбан...

 Тут Шахразада увидела, что наступает утро, и умолкла.
Но когда наступила двести восьмидесятая ночь, она сказала: З атем я размотал свои тюрбан, опоясался им и крепко привязал его концами к груди своей кусок мяса.

Я простоял так некоторое время и вдруг почувствовал, что меня уносят в воздух мощные когти Роха.
В один миг я был унесён на вершину горы, в гнездо Роха, который собрался было клевать мясо и моё собственное тело, но тут послышался гам, птица испугалась и улетела.

Я распутал свои привязи, встал на ноги и увидел, что ко мне приближается какой-то купец.
Он обшарил кусок мяса, и, не найдя в нём ни одного алмаза, взглянул на меня с бешенством и закричал:
— Кто ты?

И по какому праву ты ограбил меня?
Я отвечал:
— Не бойся, я не вор, а такой же человек, как и ты.
И я хочу доказать тебе, что имею добрые намерения, подарив тебе несколько алмазов, которые собрал в этой бездне, в которую никогда не заглядывал глаз человека!

И тотчас же вынул я из своего пояса несколько прекрасных образцов и отдал их ему.

 Тогда владелец бараньего мяса невообразимо обрадовался и принялся горячо благодарить меня.

Он позвал находившихся по соседству других купцов, и я рассказал им о своём необыкновенном приключении.
Тогда купцы, едва опомнившись от изумления, поспешили накормить и напоить меня и отвели в палатку, где сторожили мой сон целый день и целую ночь.


 Купцы увели меня с собою, а я всею силою души почувствовал радость избавления от неслыханных опасностей.
Я обменял у них свои алмазы на золотую и серебряную монету, которой было так много, что она едва поместилась в трюме корабля, на который меня привели.

Затем мы поплыли от острова к острову, из края в край, делая то там, то здесь покупки, продавая и меняя.
И прибыли мы, наконец, в благословенную Басру, а оттуда по реке поднялись до города мира, Багдада.


 И поспешил я в своё жилище, обогащённый значительными суммами динариев и прекраснейшими алмазами, которые у меня не хватало духу продать.
Потом я весело пользовался жизнью, сладко ел и сладко пил, одевался в роскошные одежды и не лишал себя общества пленительных особ.

Каждый день навещали меня многочисленные именитые гости, которые просили рассказать о моих путешествиях и ознакомить их с делами в далёких краях.
Мне же действительно приятно было передавать им свои познания, и все уходили, поздравляя меня с избавлением от таких страшных опасностей, и удивлялись им до крайних пределов изумления.

Так окончилось моё второе путешествие.

 Тут Шахразада увидела, что наступает утро, и умолка.
А когда наступила двести восемьдесят первая ночь, она сказала:







Мобильная версия Главная