Магия чисел    

Рассказ о визире Нуреддине, о брате его, визире Шамзеддине и о Гассане Бадреддине




У бедившись, что племянник его Гассан исчез, визирь Шамзеддин поднял его тюрбан, шальвары, платье и кошелёк и спрятал их в надёжное место.

Что же до его дочери, то она забеременела после первой брачной ночи и по истечении девяти месяцев произвела на свет мальчика, прекрасного, как луна, и совершенно походившего на своего отца: такого же красивого, и такого же обаятельного, и такого же совершенного!

И за его удивительную красоту мальчика назвали Аджиб (чудесный).
Когда же он достиг возраста семи лет, визирь Шамзеддин отправил его в школу известного учителя.
И каждый день в течение пяти лет Аджиб в сопровождении негра отправлялся в школу и возвращался вечером домой.

И за это время он сделался ненавистен своим школьным товарищам, которых он постоянно бил и бранил, говоря при этом:
— Кто из вас может сравниться со мною?
Я сын визиря Египта!
Наконец, все школьники пожаловались школьному учителю на дурное обращение Аджиба.

И он сказал им:
— Я научу, что нужно сказать, чтобы Аджиб не возвращался больше в нашу школу.
Завтра окружите его и скажите:
— Мы придумали забавную игру!
В ней может принять участие тот, кто громко произнесёт имя своего отца и своей матери!

И вот утром дети окружили Аджиба и сказали, как посоветовал им учитель.
И они стали выкрикивать имена своих матерей и отцов.
И когда пришла очередь Аджиба, он произнёс высокомерно:
— Я Аджиб!

А моя мать - Сетт-эль-Госн (владычица красоты)!
А отец мой - Шамзеддин, визирь Египта!
Тогда дети закричали:
— Нет, визирь не твой отец!
И дети стали хихикать и, повернувшись к нему спиною, закричали:
— Убирайся!

Ты не знаешь имени своего отца!
Шамзеддин не отец тебе, а дед!
Ты не можешь играть с нами!
И Аджиб готов был разрыдаться.
Но учитель подошёл к нему и сказал:
— Как, Аджиб, неужели же ты не знаешь, что визирь не отец твой, а дед, отец твоей матери?

Что же до твоего отца, то никто не знает, кто он.
Ибо султан выдал замуж твою мать за горбуна, но в ночь его свадьбы джины заперли его и овладели твоей матерью.
Услыхав эти слова, Аджиб побежал к своей матери, и рыдания душили его, и он спросил:
— Скажи мне, кто мой отец?

И та отвечала:
— Разве ты не знаешь, что отец твой - визирь Египта?
Но Аджиб сказал ей со слезами:
— О нет, визирь не мой отец!
Ты должна сказать мне правду или я сейчас же убью себя кинжалом!

Тогда его мать вспомнила о своей свадебной ночи, об удивительной красоте Гассана из Басры и заплакала от волнения.
А визирь Шамзеддин услышал крики и плач, встревожился и сказал им:
— Дети мои, из-за чего вы плачете?

Тогда его дочь рассказала, что произошло у маленького Аджиба с другими детьми в школе.
И визирь вспомнил все минувшие несчастия, пронёсшиеся над ним, и горько заплакал.
И он предстал перед султаном и передал ему всю историю, и просил у него разрешения отправиться в Басру, где он надеялся найти своего племянника Гассана.

И ещё просил он султана написать ему грамоты, по которым ему дозволено было бы во всех странах производить расследования, необходимые для отыскания и возвращения его племянника.
И султан написал необходимые грамоты.

Тогда визирь сделал необходимые распоряжения для отъезда; потом он взял с собой свою дочь и маленького Аджиба и отправился в путь.
И ехали они много дней и, наконец, прибыли в Дамаск.
И они остановились у самых ворот и раскинули свои палатки, чтобы отдохнуть.

А Аджиб, сопровождаемый евнухом Саидом, пошёл развлечься в город.
Жители Дамаска тотчас же заметили, сколько в нём очарования, и начали сбегаться, чтобы насмотреться на него.
Наконец Аджиб и евнух очутились перед лавкой пирожника, и эта лавка была как раз лавка Гассана, отца Аджиба.

Старый пирожник умер, и Гассан наследовал его лавку.
И Гассан был так очарован красотою маленького Аджиба, что воскликнул:
— О юный господин мой, не можешь ли ты сделать мне удовольствие - отведать моих сладостей?

Услышав эти слова, Аджиб повернулся к своему рабу и сказал:
— Мне кажется, что я напоминаю этому пирожнику его ребёнка.
Войдём же к нему чтобы сделать ему удовольствие!
И Аджиб вошёл вместе с евнухом в лавку.

Тогда Гассан взял самую красивую из своих фарфоровых чаш и наполнил её зёрнами граната, приправленными сахаром и очищенными миндалями.
Он поднёс им её на роскошном медном подносе.
И маленький Аджиб после первых же глотков пригласил пирожника сесть, говоря ему:
— Ты можешь есть вместе с нами, и Аллах даст нам успех в наших поисках!

Тогда Гассан сказал ему:
— Ты понёс утрату чего-то дорогого?
И Аджиб отвечал:
— Добрый человек, я ищу своего отца!
Мой дед и я выехали из своей земли, чтобы отыскать его.
И маленький Аджиб заплакал.

Через некоторое время евнух увёл Аджиба, и они пошли обратно к палаткам визиря.
А Гассан запер свою лавку, вышел и настиг их раньше, чем они успели выйти из ворот Дамаска.
Тогда евнух обернулся и спросил:
— Зачем ты следуешь за нами?

И Гассан ответил:
— Потому, что у меня дело за городом, и я хотел присоединиться к вам, чтобы сделать этот путь сообща.
При этих словах евнух закричал:
— Он идёт по нашим следам с одного места на другое!

Но Аджиб пробормотал:
— Саид, перестань!
Дорога Аллаха открыта для всех мусульман!
Потом он прибавил:
— Но если он будет следовать за нами до самих палаток, мы прогоним его, ибо негоже было сыну визиря заходить в лавку простого пирожника!

Но Аджиб опустил голову и продолжал путь, и евнух шёл за ним.
И Гассан следовал за ними до того места, где были разбиты их палатки.
И тогда Аджиб бросил камень в Гассана и поразил в лоб.

И Гассан, чтобы остановить кровь, оторвал лоскут ткани от своего тюрбана и перевязал лоб.
Потом он так сказал самому себе: «Я поступил легкомысленно, следуя за этим прекрасным мальчиком».
И он вернулся в город и принялся за приготовление пирожных.

Что касается визиря Шамзеддина, то после трёхдневного отдыха в Дамаске он направился к Басре.
Султан Басры принял его очень любезно и осведомился о цели его приезда.
И Шамзеддин рассказал ему всю историю.

Султан сказал:
— Друг мой, Нуреддин был моим визирем, и он умер пятнадцать лет тому назад!
И после него остался сын Гассан; он был моим любимцем, но внезапно исчез, и с тех пор мы ничего не слышали о нем.

Но в Басре живёт его мать!
Узнав об этом, Шамзеддин исполнился радости и сказал султану:
— О царь, мне бы хотелось видеть мою невестку!
И Шамзеддин отправился к дому своего покойного брата Нуреддина.

И он вошёл в дом и дошёл до комнаты, в которой жила мать Гассана.
С тех пор как скрылся её сын, она удалилась в эту комнату, проводя дни и ночи в слезах и молитве.
Шамзеддин с глубочайшим почтением поклонился своей невестке и сообщил ей, что он брат её мужа, и рассказал ей всю историю: как сын её Гассан проспал ночь с его дочерью, и как на другой день исчез, и как его дочь забеременела и родила Аджиба.

Потом он добавил:
— Аджиб тут со мною!
И ты должна считать его своим внуком!
И визирь послал за Аджибом, который не замедлил явиться.
Тогда бабушка бросилась к нему на шею, заливаясь слезами.

И Шамзеддин сказал ей:
— О мать, поистине теперь не время предаваться слезам, ибо ты должна отправиться с нами в Египет!
И да соединит нас всех Аллах с Гассаном, твоим сыном и моим племянником!

И бабушка Аджиба тотчас же собрала необходимые вещи и взяла всех своих слуг в дорогу.
И Шамзеддин двинулся в путь с обеими дамами и Аджибом в сопровождении свиты.
Они вернулись в Дамаск, разбили палатки, и визирь сказал:
— Мы пробудем тут неделю, чтобы накупить подарков, достойных египетского султана.

И Аджиб сказал евнуху:
— Пойдём на базар и узнаем, что сталось с пирожником, которому я чуть не пробил голову.
И они ходили по базарам, пока не очутились перед кондитерской.
В эту самую минуту Гассан приготовлял пирожное, и Аджиб увидел на его лбу след от удара камнем.

Тогда он сказал:
— Мир с тобою, о пирожник!
Меня привело сюда желание узнать что-нибудь о тебе.
И как только Гассан увидел мальчика, сердце его забилось, и он сказал:
— О мои господа, отведайте этого блюда!

Но Аджиб отвечал ему:
— Клянусь Аллахом, я не войду к тебе в лавку, пока ты не поклянёшься, что не последуешь за нами!
Тогда Гассан воскликнул:
— Клянусь в этом перед вами обоими!

Тогда Аджиб и евнух вошли в лавку, и Бадреддин предложил им фарфоровую чашу, наполненную блюдом из зёрен граната.
И Аджиб сказал ему:
— Садись и кушай с нами!
И, быть может, Аллах увенчает успехом наши розыски!

Гассан исполнился радости и сел против них, но не мог оторвать глаз от Аджиба.
Тогда Аджиб сказал:
— Перестань же рассматривать меня с таким упорством!
На эти слова Бадреддин отвечал следующими строфами:

 Глубоко в сердце от тебя скрываю
Одну я тайну, мысль одну свою,
Что передать словами не могу я!


 Они наелись, поблагодарили пирожника и поспешили уйти.

И, придя в стан, Аджиб поцеловал руку у своей бабушки.
И бабушка поцеловала его и сказала:
— Дитя моё, скажи, где ты гулял сегодня?
Он отвечал:
— Я был на базаре Дамаска.
И она сказала:
— Тогда ты проголодался!

И она принесла ему фарфоровую чашку, наполненную смесью из зёрен граната с сахаром и миндалем, готовить которую она обучила своего сына Бадреддина, когда он был ещё ребёнком.
Она сказала и рабу Саиду:
— Ты можешь есть вместе с твоим господином!

Аджиб был сыт по горло и сказал:
— Это невкусно, бабушка!
Тогда она рассердилась и сказала:
— Как ты осмеливаешься утверждать, что я плохо готовлю?
Во всем мире нет никого, кто мог бы сравниться со мною в искусстве приготовления пирожных, кроме Гассана, твоего отца, который научился у меня.

Но Аджиб отвечал ей:
— Клянусь Аллахом, бабушка, тут мало сахара.
Мы познакомились на базаре с пирожником, который угостил нас тем же блюдом.
Но твоё изделие нельзя сравнить с ним!
При этих словах бабушка исполнилась негодования и сказала евнуху...

Но, дойдя до этого места в своём рассказе, Шахразада увидела приближение утра и скромно умолкла.
Тогда сестра её, юная Доньязада, сказала ей:
— О сестра, какой прелестный, занимательный рассказ!

И Шахразада улыбнулась и сказала:
— Да, сестра, продолжение я расскажу вам следующей ночью, если только останусь в живых!
И царь сказал в душе своей: «Клянусь Аллахом, я не убью её, пока не услышу продолжения её рассказа!»
Потом царь Шахрияр и Шахразада провели остаток ночи, наслаждаясь любовью до наступления утра.

И когда наступила двадцать четвертая ночь, он пришёл к Шахразаде, и, когда он побыл с нею, юная Доньязада сказала:
— О сестра, расскажи нам конец восхитительного рассказа о прекрасном Гассане и его жене!

И Шахразада улыбнулась и сказала: Я слыхала, о счастливый царь, что бабушка Аджиба рассердилась и сказала евнуху:
— О горе, неужели же ты развратил этого мальчика?

Как осмелился ты ввести его в лавку пирожника?
И евнух перепугался и поспешил отклонить это обвинение, говоря:
— Мы не входили в лавку, мы только прошли мимо неё.
Но упрямый Аджиб воскликнул:
— Клянусь Аллахом, мы ели там пирожные!

И он добавил с лукавой улыбкой:
— И повторяю тебе, бабушка, они были гораздо лучше тех, которыми ты угостила нас!
Тогда бабушка отправилась, ворча, к своему зятю визирю и рассказала о проступке евнуха.

И она так сильно восстановила визиря против Саида, что Шамзеддин, который от природы был очень вспыльчив и постоянно кричал на своих людей, тотчас же отправился со своей невесткой в ту палатку, где находились Аджиб и евнух.

И визирь закричал:
— Саид, входил ты с Аджибом в лавку пироженщика?
И евнух, дрожавший от страха, отвечал визирю:
— Нет, мы не входили в лавку!
Но лукавый Аджиб воскликнул:
— Конечно, входили и наелись по горло.

Тогда евнух сознался и сказал:
— Мы действительно вошли в лавку, и никогда в моей жизни я не ел такого прекрасного пирожного!
Бабушка, возмущённая до глубины души, воскликнула:
— Наглый лгун!

Принеси же нам это чудесное блюдо твоего пирожника, и мы сравним его работу с моей!
И бабушка дала евнуху полдинария.
Евнух пришёл в лавку и сказал пирожнику:
— Слушай, мы поспорили с людьми нашего дома, которые тоже приготовили блюдо из зёрен граната.

И я пришёл купить у тебя этой смеси.
Тогда Гассан рассмеялся и сказал:
— Нет на свете никого, кто мог бы приготовить эту смесь так, как я, - кроме моей матери.
Но она теперь в далёких краях!

Потом Гассан наполнил чашу невольника тщательно приготовленной смесью.
И бабушка Аджиба выхватила принесённую евнухом чашу, чтобы попробовать её содержимое.
И как только она поднесла его к своим губам, она вскрикнула и упала.

Она узнала руку своего сына Гассана!
И она сказала:
— Клянусь Аллахом, приготовивший это блюдо - сын мой Гассан Бадреддин!
При этих словах визирь воскликнул:
— О, наконец-то Аллах Всевышний соединит нас с ним!

И он созвал своих слуг и сказал им:
— Немедленно отправляйтесь в лавку пирожника Гассана из Басры.
Разрушьте её, а пирожнику свяжите руки и приведите его сюда.
Но не причиняйте ему ни малейшего вреда!

И визирь вскочил на лошадь, захватив с собой письма египетского султана, и отправился в Дар-эль-Салам, где жил правитель Дамаска.
Когда визирь передал письма, правитель спросил его:
— Кого же хочешь ты взять в Дамаске?

И визирь отвечал:
— Только пирожника, торгующего на базаре!
И правитель приказал своей страже отправиться на помощь людям визиря.
Что касается Гассана, то он оцепенел от ужаса, увидев вдруг перед собой людей с топорами.

Они ворвались в лавку и разрушили её до основания.
Потом они схватили Гассана, связали его, не произнося ни слова, и привели в палатку визиря.
И он воскликнул:
— О государь, скажи, в чём моё преступление?

И визирь спросил его:
— Это ты изготовил блюдо из зёрен граната?
Он отвечал:
— Да, государь!
И визирь приказал строгим голосом:
— Приведите сюда верблюда и принесите большой деревянный ящик.

И невольники схватили запуганного Гассана, посадили в ящик, закрыли крышкой и взвалили его на спину верблюду.
Потом все двинулись в обратный путь, время от времени останавливаясь, чтобы выпустить на минутку Гассана.

И шли они таким образом, пока не прибыли в Каир.
Но раньше, чем войти в город, визирь приказал привести к нему Гассана и плотника.
И он сказал плотнику:
— Сними мерку с этого человека, сооруди позорный столб и прикрепи его к телеге, запряжённой парой буйволов!

Тогда Гассан воскликнул:
— О государь, что же ты хочешь сделать со мною?
И визирь отвечал:
— Пригвоздить тебя к столбу и ввести в город на посмешище всем жителям!
И Гассан спросил:
— За какое преступление заслужил я подобное наказание?

Тогда Шамзеддин сказал.
— За небрежность, с которой ты приготовил блюдо из зёрен граната!
И шли они, не останавливаясь, пока не прибыли в Каир, в дом визиря Шамзеддина.
И тут визирь решил сказать всю правду своей дочери и своей невестке.

И он сказал дочери:
— Хвала Аллаху!
Нам удалось найти твоего мужа!
Иди же, дочь моя, и будь счастлива!
И позаботься о том, чтобы мебель и ковры во всем доме были на том самом месте, на котором они находились в ту ночь!

И визирь вынул бумагу, на которой он ранее сделал опись всех предметов с точным указанием места, где они находились в день свадьбы.
И все было приведено в точно такой же порядок.
Потом визирь разложил на прежние места вещи Гассана, а на диван положил кошелёк с тысячью золотыми динариями и распиской купца.

Письмо он по-прежнему зашил в тюрбан.
Потом велел своей дочери одеться, как в брачную ночь, и приготовиться к посещению своего мужа Гассана.
И когда он войдёт, сказать ему: «Как ты замешкался в кабинете удобств!»
И он советовал ей быть как можно нежнее с мужем и устроить ему приятную ночь, не пренебрегая милыми разговорами и стихами поэтов.

Потом визирь направился к комнате, в которой помещался ящик со спящим Гассаном.
И он велел вытащить и развязать его, сонного, и надел ему только одну тонкую рубашку, как в ночь свадьбы.
После этого визирь скрылся, отворив все двери, которые вели в брачную комнату.

И когда Гассан проснулся, он остолбенел, увидев себя почти голым в освещённом коридоре, который казался ему знакомым.
И вдруг у него остановилось дыхание: он узнал залу, в которой происходило торжество в честь Гассана и в ущерб горбуну!

И он сказал себе: «Проснулся я или сплю?
И действительно ли сидел я связанный в ящике?
И он дошёл до дверей брачной комнаты и заглянул в неё.
И тогда дочь визиря приподняла края драпировки и сказала:
— О дорогой господин мой!

Как ты замешкался в кабинете удобств!
Иди скорее ко мне!
При этих словах бедный Гассан захохотал и воскликнул:
— Может быть, я действительно заснул в кабинете удобств и там увидел удивительный сон!

Мне снилось, что я был пирожником в Дамаске двенадцать лет!
И мне приснился мальчик благородного происхождения, сопровождаемый евнухом!
И тут Гассан отёр пот со лба и нащупал шрам от удара камнем и воскликнул:
— Нет!

То был не сон!
Вот же шрам от удара камнем, брошенным этим мальчиком!
Могло ли все это быть во сне?
И Гассан рассказал своей жене всю историю, прибавив:
— И я был бы распят, если бы сон не прервался вовремя!

И жена спросила его:
— За что же хотели тебя распять?
И он отвечал ей:
— За то, что я положил слишком мало ароматов в блюдо из зёрен граната!
Тогда дочь визиря вскочила и бросилась на шею к Гассану.

Но он не смел даже пошевелиться и воскликнул:
— Нет!
Всё это только сон!
И бедный Гассан, перенесённый супругой на ложе, погрузился в тяжёлый сон.
К утру мысли Гассана успокоились, и, проснувшись, он увидел в ногах постели своего дядю, визиря Шамзеддина.

И Гассан спросил его:
— Ради Аллаха, разве не ты приказал связать меня но причине недостаточного количества ароматов в блюде из гранатовых зёрен?
Тогда визирь Шамзеддин, не находя более оснований молчать, сказал:
— О дитя моё, знай, что ты мой племянник, сын моего покойного брата Нуреддина, визиря Басры!

Я должен был убедиться, что именно ты взошёл на ложе моей дочери в первый день её брака.
И это доказательство я получил, увидев, что ты узнаешь этот дом и свои вещи!
Прости меня!
Ведь я же никогда не видел тебя, ты же родился в Басре.

Все это произошло из-за размолвки, случившейся между твоим отцом, моим братом Нуреддином, и мною!
И визирь рассказал ему всю историю и потом прибавил:
— Что же касается твоей матери, то я привёз её из Басры, и ты можешь видеть её, а также твоего сына Аджиба - плод твоего брака с его матерью!

И тут вошёл Аджиб, который бросился на шею к своему отцу.
И мать Бадреддина вошла и упала на руки сына, потеряв от радости сознание.
И они рассказали друг другу свои истории.
Потом все возблагодарили Аллаха, и жили долго, оставили много детей, которые были прекрасны, как луна и солнце.

Такова была, о, счастливый царь, - сказала Шахразада, - удивительная история, которую визирь Джафар рассказал халифу Гаруну-аль-Рашиду!








Мобильная версия Главная