Магия чисел    

Рассказ о Камаре и сведущей Халиме




И никто не хотел отвечать на мои расспросы; и все бежали от меня, будто я размахивал мечом, собираясь рубить всем головы.

Тогда я сказал себе:
«Для разъяснения дела зайди в лавочку цирюльника, ведь у него слова всегда висят на кончике языка».
И я вошёл в цирюльню, щедро расплатился и спросил, кто была та необыкновенная красавица.

И цирюльник также остолбенел, но всё же ответил:
— Если хочешь спасти свою голову, убирайся из нашего города, иначе ты пропадёшь безвозвратно!
Здешние жители мрут, как саранча, если им не удаётся спрятаться перед прохождением шествия!

И я вышел от цирюльника и успокоился, лишь очутившись за городскими стенами.
Придя же в ваш город, увидел я сына твоего, красота которого напомнила мне красоту той несравненной девушки в Басре, ибо он похож на неё, как брат на сестру.

И так растрогало меня это сходство, что я не в силах был сразу покинуть его.
Сказав это, дервиш призвал благословение на хозяев и ушёл, вздыхая.
А молодой Камар всю ночь не сомкнул глаз, до такой степени рассказ о необыкновенной девушке взволновал его.

И наутро он сказал матери своей:
— О мать, я должен ехать в Басру, где ждёт меня судьба!
Отец Камара пытался отговорить сына, но тот сказал:
— Если я не уеду сейчас в Басру, то непременно умру!

И отец и мать Камара, ввиду таких решительных речей, могли только покориться тому, что предначертано судьбою.
И мать дала сыну мешочек, в который спрятала сорок алмазов и изумрудов и сказала ему:
— Береги его, он пригодится тебе, когда будешь нуждаться в деньгах.

Отец же дал ему девяносто тысяч золотых динариев на пребывание в чужих краях и поручил сына начальнику каравана, который отправлялся в Ирак.
И Аллах благословил их путь, и прибыл Камар, сопровождаемый родительскими напутствиями, благополучно в Басру.

Тут Шахразада заметила, что наступает утро, и умолкла.
А когда наступила семьсот пятидесятая ночь, она сказала: В пятницу лавки были открыты, но продавцы и покупатели отсутствовали.

И услышал он музыку и спрятался, как то сделал дервиш.
И увидав красавицу, он был охвачен таким волнением, что чуть не лишился чувств.
Когда же улицы вновь оживились, Камар нашёл цирюльника, который брил когда-то голову дервишу.

После приветствий он подал ему кошелёк с золотыми динариями и сказал:
— О отец лёгкой руки, я чужеземец, запри лавку свою и расскажи мне о причине, по которой базары ваши пустеют по пятницам.

И цирюльник, подкупленный щедростью молодого человека, ответил:
— Это тайна, в которую я не пытаюсь проникнуть, но раз ты принимаешь это дело близко к сердцу, я познакомлю тебя с моей женой.

Она знает всё, что делается в городе, так как продаёт духи во все гаремы Басры.
Вставай и пойдём в дом мой!

 А Камар, оказавшись в доме цирюльника, взял полную горсть золотых динариев, высыпал их на колени его жене, и сказал:
— Извини за эту малость и расскажи мне, матушка, всё о том, что знаешь!

И жена цирюльника сказала:
— Знай, что султан Басры получил однажды в дар от индийского султана дивную жемчужину, которая родилась, наверное, от какого-нибудь солнечного луча.
Она была бела и золотиста, и, казалось, внутри у неё переливался целый пожар в море молока.

И пожелал царь носить её на шее своей.
Он призвал всех ювелиров Басры и сказал им:
— Тот, кто проколет эту царицу жемчужин, может просить у меня чего хочет, но, если он повредит жемчужину, я велю отрубить ему голову!

И все ювелиры испугались браться за работу, и лишь их шейх, мастер Обейд, согласился.
Он долго рассматривал жемчужину, а потом сел на пол, вынул из пояса несколько тонких инструментов, зажал жемчужину большими пальцами ног своих и с невероятною ловкостью просверлил её насквозь без малейшего изъяна.

И повесил себе её царь на шею на шёлковом шнурке и посмотрел вокруг себя озарёнными радостью глазами.
Тут Шахразада заметила, что наступает утро, и умолкла.
А когда наступила семьсот пятьдесят первая ночь, она сказала: П осле этого царь сказал Обейду:
— О мастер Обейд, выражай теперь своё желание!

И ювелир ответил:
— Да продлит Аллах дни царёвы!
Но у раба, имевшего великую честь дотронуться своими немощными руками до чудесной жемчужины, есть молоденькая жена.
И мне хотелось бы пойти узнать мнение жены своей по поводу просьбы, которую разрешает ему наш великодушный господин, и посмотреть, не имеется ли уже у неё какого-нибудь желания, предпочтительного тому, которое я сам мог бы придумать.

Аллах наделил её не только молодостью и обворожительностью, но и изобретательным умом, проницательностью и большой рассудительностью!
Царь же сказал:
— Ступай же скорее и принеси мне ответ, потому что я не успокоюсь до тех пор, пока не исполню своего обещания!


 И ювелир пошёл к жене своей и рассказал ей, в чём дело.
А молоденькая женщина воскликнула:
— Слава Аллаху, день мой наступает раньше времени!

У меня, действительно, есть желание и мысль, правда, довольно странная, которую хочу привести в исполнение!
Моё желание не будет стоить ни единой драхмы царской казне.
Ступай к царю и попроси, чтобы он позволил мне кататься каждую пятницу, и с такой же свитою, как у царских дочерей, по базарам и улицам Басры, и чтобы никто, под страхом смертной казни, не смел тогда показываться на улице.

И я желаю, чтобы лавки оставались открытыми во время прохождения моего шествия!
А люди все, большие и малые, будут прятаться в мечетях, и двери мечетей будут заперты, чтобы никто не высовывался и не смотрел.

Вот и всё, чего желаю от царя в награду за то, что ты потрудился просверлить жемчуг!
Услыхав это, ювелир удивился до чрезвычайности, но так как он любил жену, да к тому же был стар и очень некрасив собою, то он не захотел противоречить, а ограничился тем, что ответил:
— Твоё желание свято!


 Тогда ювелир передал царю желание своей супруги, а тот сказал:
— Тому нет препятствий!
И тотчас же велел глашатаям объявить по всему городу, что каждую пятницу, за два часа до молитвы, жители, оставляя лавки свои открытыми, должны прятаться в мечети и не сметь выглядывать из них под страхом смертной казни.

Тут Шахразада заметила, что наступает утро, и умолкла.
А когда наступила семьсот пятьдесят вторая ночь, она сказала: И сказав это, жена цирюльника прибавила:
— Но, я вижу, что ты ещё чего-то желаешь от меня, например, чтобы я указала тебе способ ещё раз увидеть дивную красавицу, супругу старого ювелира!

И Камар ответил:
— Таково желание моего сердца, и, чтобы увидеть её, я готов отдать всё, чем владею!
Тогда она указала ему всё, что хотела указать для достижения им желаемой цели, и прибавила:
— Когда же исполнишь всё, что я указала тебе, принеси сто динариев золотом для мужа моего, цирюльника, потому что он бедный человек!


 Камар же ответил, что слушает и повинуется.
Он пришёл на базар ювелиров, нашёл лавку шейха ювелиров Оста-Обейда, поклонился ему с большим почтением, вынул из своего кошелька отборный камень, но менее ценный из всех имевшихся у него, и сказал:
— О господин, мне очень желательно, чтобы ты сделал мне оправу, достойную этого камня.

И с этими словами подал двадцать золотых монет, говоря:
— О мастер, это лишь небольшой задаток из той суммы, которую уплачу тебе за твою работу!
И дал он по золотому каждому из многочисленных учеников, а также и каждому из многочисленных нищих, которые появились на улице, заметив, что в лавку вошёл богато одетый молодой чужестранец.

Тут Шахразада заметила, что наступает утро, и умолкла.
А когда наступила семьсот пятьдесят третья ночь, она сказала:








Мобильная версия Главная