Магия чисел

Рассказ о прекрасной Зуммуруд и Алишаре, сыне Эв-Меджда




Из сказок "Тысяча и одна ночь" по изданию Ж.-Ш.Мардрюса.(1903г., Петербург)

С казывают, что в древние времена жил в Хорассане богатейший купец по имени Эв-Меджд, имевший сына прекрасного, как полная луна, которого звали Алишаром.

И однажды Эв-Меджд почувствовал приближение смерти и сказал сыну:
— Мой конец близок, и я хочу дать тебе добрые советы.
Не бывай в свете, ибо свет подобен кузнецу: если он не сожжёт тебя огнём кузни, то задушит своим дымом.

Делай добро и не жди награды за него.
Не расточай богатств, которые я тебе оставляю.
Уважать тебя будут только сообразно с тем, чем владеет рука твоя.
Не пренебрегай советами опытных людей и не почитай бесполезным просить совета у тех, кто может его дать.

Кроме того, сын мой, дам тебе и ещё один совет: остерегайся вина!
Оно отнимает рассудок и делает тебя предметом насмешек и презрения.
О дитя моё, не забывай моих слов.
Будь хорошим сыном.

И пусть благословение моё покоится на тебе во всю твою жизнь!
И, сказав это, старый купец закрыл глаза, поднял указательный палец, произнёс исповедание веры и скончался.
Похоронив его, Алишар начертал на надгробном камне такие строчки:

Из праха я родился, и во прах
Вернулся вновь, и прахом стал я снова!
Как будто я и нежил на земле!


 Вначале Алишар следовал отцовским советам, но по прошествии года его прельстило общество бессовестных прелюбодеев.

И погрузился он в разврат по самое горло; он плавал в вине и безумных расходах, говоря себе:
«Я хочу пользоваться настоящим и ловить наслаждение, потому что живёшь только раз».
И Алишар так предавался всяким излишествам, что скоро принуждён был продать лавку, дом и мебель.

Друзья, которых он роскошно угощал, теперь нашли предлоги, чтобы выпроводить его.
И, дойдя до крайней степени нищеты, стал он просить милостыню, переходя от дверей к дверям.
И дошёл он однажды до базарной площади, где увидел большую толпу.


 Тут Шахразада увидела, что наступает утро, и скромно умолкла.
Но когда наступила двести девяносто девятая ночь, она сказала: И увидел он, что посреди купцов и покупателей стояла молодая белая невольница, красивая и прелестно сложенная: стан её был строен, как пальма, розы расцветали на её щеках, и как прекрасны были её груди и все её формы!

О ней можно было сказать словами поэта:

Где тот язык, что сможет описать
Главнейшее, сверкающее чудо:
Роскошных бёдер блеск и белизну ?
Иллюстрация Леона Карре к сказке «Рассказ о прекрасной Зуммуруд и Алишаре, сыне Эв-Меджда».<br /><br /> Из арабских сказок Шахразады «Тысяча и одна ночь».

Когда Алишар взглянул на красавицу, им овладело восхищение, и он забыл на минуту о своей нищете, а купцы ещё ничего не знали о его разорении.

И тогда маклер предложил цену в тысячу динариев и сказал красавице:
— О госпожа моя Зуммуруд, взгляни на благородных покупателей и укажи на того, который сумеет тебе понравиться, а я предложу ему купить!

Тогда прекрасная отроковица рассмотрела покупателей одного за другим с величайшим вниманием, и взор её остановился, наконец, на Алишаре, который был необыкновенно хорош собою.
И молодая Зуммуруд указала на него маклеру и сказала:
— О маклер, желаю этого молодого человека с милым лицом и гибким станом; я нахожу его прелестным, и кровь его близка мне, и лёгок он как северный ветерок; о нём, наверно, сказал поэт:

О господин, о юноша прекрасный,
Тобой любуясь, я лишаюсь сил!
Не убивай меня своим ты взглядом.
О пусть твоё смягчится сердце
И столь же нежным станет как твой стан!

При этих словах маклер поднял руки к небу от восхищения и воскликнул:
— О счастлив тот, кто будет иметь эту жемчужину в своём доме и станет хранить её, как величайшее сокровище!

И подошёл он к Алишару, на которого указала отроковица, и поклонился ему до земли.

 В этом месте рассказа своего Шахразада увидела, что наступает утро, и умолкла.

Но когда наступила трёхсотая ночь, она сказала:
И маклер сказал Алишару:
— О господин мой, великое счастье тебе купить это сокровище за сотую долю его настоящей стоимости!

Но Алишар опустил голову и сказал себе в глубине души:
«У меня не на что купить кусок хлеба, а меня считают достаточно богатым, чтобы купить эту невольницу!
Как бы там ни было, я не скажу ни да, ни нет, чтобы не покрыть себя стыдом перед всеми купцами!»
И поскольку он стоял неподвижно, Зуммуруд сказала маклеру:
— Возьми меня за руку и подведи к нему; я сама хочу поговорить с ним и заставить его решиться купить меня; я решила принадлежать ему и никому другому!

И отроковица встала перед молодым человеком во всей живой красе и сказала ему:
— О господин мой возлюбленный, о юноша, заставляющий меня пылать любовью, я хочу быть твоей рабой, всё равно за какую цену!

Вижу, что ты находишь цену в тысячу динариев слишком высокой.
Предложи девятьсот, и я твоя.
А он покачал головою и не сказал ничего.
Она же продолжала:
— Так купи меня за восемьсот!

Он покачал головою, а она сказала:
— За семьсот!
И она продолжала сбавлять цену и сказала:
— За сто, только за сто!
Тогда он сказал ей:
— О госпожа моя, знай же, наконец, что я не имею ни ста, ни даже одного динария!

У меня нет ни серебряной, ни золотой монеты, ни золотого динария, ни серебряной драхмы.
Поэтому не теряй со мною времени и ищи другого покупателя!

 Тогда Зуммуруд сказала:
— Всё равно покупай: ударь по руке моей и окружи рукою мой стан: как тебе известно, это знак согласия!

И она вынула из кармана кошелёк и сказала:
— Тут тысяча динариев, отдай девятьсот моему хозяину, а сто оставь для наших первых расходов!
И отсчитав деньги, Алишар взял невольницу за руку и увёл её с собою.

Когда же он привёл её к себе, Зуммуруд удивилась, увидав, что всё жилище состояло из жалкой комнаты, в которой вместо мебели лежала лишь драная циновка.
Тогда она передала ему другой кошелёк с тысячью динариев и сказала:
— Беги скорее на базар и купи мебель и ковры, а также пищу и питьё.

Сверх того принеси мне кусок дамасской шёлковой материи гранатового цвета, и несколько катушек золотых и серебряных нитей, и шёлку семи различных цветов.
Не забудь также купить мне длинных иголок и золотой напёрсток!

И Алишар немедленно исполнил её приказание.
И сели они оба, ели, пили и были довольны.
После того провели они ночь в объятиях друг у друга, и любовь нерушимо укрепилась в их сердцах.

А наутро Зуммуруд сшила дивный занавес, украсив его искусными изображениями птиц и животных.
И Алишар пошёл на базар и продал его одному купцу за пятьдесят динариев.

 Тут Шахразада увидела, что наступает утро, и умолкла.

А когда наступила триста первая ночь, она сказала: П отом он снова купил шёлковую ткань, золотые и серебряные нити и отнёс всё Зуммуруд, которая вышила ковёр, который также был продан за пятьдесят динариев.

И жили они так, пили, ели и любили друг друга целый год.

 Однажды Алишар вышел из дома, неся свёрток с вышиванием, который дала ему Зуммуруд.

Придя на базар, он передал свёрток глашатаю, который принялся расхваливать и выкрикивать товар перед купцами.
Проходивший мимо христианин подошёл к глашатаю и предложил за ковёр шестьдесят динариев вместо пятидесяти.

Но Алишар, не забывший предостережение Зуммуруд, не хотел продавать ему ковёр.
Тогда христианин предложил сто динариев, и глашатай убедил Алишара отдать ковёр за эту цену.
Однако идя домой, Алишар заметил, что христианин следит за ним.

И когда он дошёл до дверей своего дома, то закричал ему:
— Зачем идёшь ты за мною по пятам?
Тот же ответил:
— О господин мой, я случайно пришёл сюда.
Прошу тебя, дай мне глоток воды!

И Алишар вошёл в дом и взял кувшин с водой, чтоб подать его христианину.
Взволнованная долгим отсутствием Алишара, Зуммуруд обняла его и спросила:
— Почему так долго не возвращался ты сегодня?

И куда ты несёшь этот кувшин?
Он сказал:
— Я хочу дать напиться глашатаю, который проводил меня до дому!
Но этот ответ не успокоил её.
Алишар же увидел христианина уже в сенях, так как дверь оставалась открытой, и он закричал ему:
— Как смеешь ты входить в мой дом без позволения?

Христианин же ответил:
— Дай мне только перевести дух, и я уйду!
И взял он кувшин и напился.

 Но прошёл час, а христианин не двигался с места.

Тогда Алишар закричал:
— Убирайся сейчас же!
Но христианин отвечал:
— Я уже утолил жажду, но голод так сильно терзает меня, что я рад был бы куску сухого хлеба и луковице!
Алишар закричал ему:
— Ступай прочь!

У меня в доме ничего нет!
А христианин ответил:
— Прошу тебя именем Аллаха, сходи на ближайший базар и купи мне пшеничную лепёшку, чтобы не было сказано, что я вышел из твоего дома, не отведав хлеба и соли!

Услышав это, Алишар сказал:
— Я пойду на базар и принесу тебе поесть.
Жди меня и не трогайся с места!
И он поспешил на базар, где купил жареный на меду творог, огурцов, бананов, слоёных пирожков и только что испечённого хлеба.

Он принёс всё это христианину и сказал:
— Вот тебе пища!
Но тот стал отказываться, говоря:
— Господин мой, ты такой щедрый, но разве ты не закусишь вместе со мною?
Народная мудрость говорит - тот, кто отказывается трапезничать с гостем, неизбежно должен быть ублюдком.


 Тут Шахразада заметила, что наступает утро, и скромно умолкла.
Но когда наступила триста вторая ночь, она сказала:







Мобильная версия Главная