Магия чисел    

История юного Нура и мужественной франкской девушки




Т огда Нур поспешил нанять комнату, извинившись, что не может предложить ничего лучшего.

Она же сняла с пальца кольцо с дорогим рубином и сказала:
— Продай это на базаре и купи всё, что нужно для пиршества.
И поспешил Нур исполнить её приказание и не замедлил возвратиться, нагруженный всякого рода припасами.

И когда они насытились, он взял её руку, поцеловал и сказал:
— Именем Аллаха, о госпожа моя, не скажешь ли мне теперь, как твоё имя и откуда ты родом?
Она же ответила:
— Знай, что зовут меня Мариам, и что я единственная дочь могущественного царя франков из города Константинии.

Поэтому не удивляйся, что я получила прекраснейшее образование и что меня обучали всякого рода учителя.
Но однажды я заболела и дала обещание, что если здоровье вернётся ко мне, я отправлюсь на богомолье в монастырь, весьма чтимый всеми франками.

И выздоровев, я села на корабль, но, как только мы потеряли из виду землю, на судно напали мусульманские морские разбойники.
Меня и всю мою свиту отвезли в Египет и продали там персидскому купцу, который, по счастью для моей девственности, был евнух.

Через некоторое время он тяжело заболел, и я выходила его.
Тогда он обещал в благодарность уступить меня только тому, кого выберу я сама.

 При этих словах она быстрым движением сбросила всю одежду.

И увидел Нур, что царевна была белой, как льняная ткань, и шёл от её тела сладкий аромат амбры.
И сжал он её в своих объятиях и гладил он её нежную шею, и терялась его рука в волнах её кудрей, и раздавались его поцелуи, как звук падающих в воду звонких мелких камней; и пил он сладость с её губ!

Она же выказала дарования и дивные способности, которыми обладала, так как в ней соединялись сладострастие гречанок с любовными свойствами египтянок, порывы арабских девушек с горячностью эфиопок, искренность и робость франкских девушек и осведомлённость индианок, опытность дочерей Кавказа и страстность дочерей Нубии, кокетливость женщин Йемена и мускульная сила женщин Верхнего Египта, миниатюрность членов китаянок, мощность женщин Ирака и нежность персиянок.

И слава Аллаху, не создавшему более чарующего зрелища, нежели зрелище, представляемое двумя счастливыми любовниками.
Тут Шахразада заметила, что наступает утро, и умолкла.
А когда наступила шестьсот тридцать восьмая ночь, она сказала: К огда они проснулись на другое утро, ласки их были ещё многочисленнее.

Поэтому франкская царевна, чрезвычайно изумлённая тем, что в сынах мусульманских соединяется так много дарований, сказала себе: «Если такая религия развивает у людей так много мужества, героизма и добродетелей, такая религия есть, бесспорно, лучшая из всех религий!» И тотчас же она пожелала облагородить себя Исламом.

И по совету Нура подняла она палец и произнесла:
— Признаю и свидетельствую, что нет Бога кроме Аллаха и что Магомет пророк Аллаха!
Совершив это важное дело (слава Аллаху!), они оба покинули ложе наслаждений и удалились в кабинеты, чтобы затем приступить к омовениям и предписанным молитвам.

Затем они пили и ели, а потом вели занимательную и дружескую беседу.
И Нур всё более и более восхищался многочисленностью знаний царевны, её умом и проницательностью.
Что же касается отца Мариам, то он разослал во все стороны всадников, чтобы искали они царевну.

Но все возвратились через некоторое время, ничего не узнав.
Тогда призвал он начальника полиции, маленькою старичка, кривого на правый глаз и хромого на левую ногу, но истинного дьявола среди шпионов, и велел ему объехать все мусульманские страны и не возвращаться, пока он не найдёт царевны.

И начальник полиции вскоре напал на след царевны и прибыл в Аль-Искандрию.
И увидав там царевну, он затрясся от радости и бросился к ней навстречу.
Но царевна, которая уже успела приобрести мусульманские добродетели и научилась пристойному обращению с мужчинами, отвесила здоровую пощёчину безобразному франкскому послу и закричала ему:
— Проклятая собака!

За каким делом приехал ты в мусульманские края?
Неужели ты думаешь, что я покорюсь тебе.
Тут Шахразада заметила, что наступает утро, и умолкла.
А когда наступила шестьсот тридцать девятая ночь, она сказала: Ф ранк же ответил:
— О царевна, отец твой умирает от горя, зная, что ты в плену у неверных, а мать твоя не осушает слёз, думая обо всех оскорблениях, которым ты подвергалась в руках этих разбойников и насильников!

Но Мариам отвечала:
— Я нашла здесь покой душе моей, и не покину я эту благословенную страну!
Тогда хромоногий франк подал знак своим невольникам, которые тотчас же окружили её, заткнули ей рот платком и с наступлением ночи доставили на корабль, отправлявшийся в Константинию.

А молодой Нур, напрасно прождавший Мариам, стал в поисках её бродить по улицам и дошёл до гавани.
Здесь лодочники сказали ему, что только что доставили на отплывшее судно девушку, приметы которой вполне совпадали с теми, которые он давал им.

И когда Нур, узнал это, к нему подошёл какой-то старик и сказал:
— Не отчаивайся, дитя моё!
Я капитан, и сегодня ночью судно моё тоже отправляется в Константинию с сотней мусульман на своей палубе.

Тебе стоит только сесть на мой корабль, и ты найдёшь предмет своих желаний!
И со слезами на глазах Нур поцеловал руку моряка-капитана и поспешил на его корабль, который на всех парусах полетел по морю.

Но по прибытии в Константинию их окружили франкские солдаты, охранявшие берег.
По приказу царя, желавшего мстить всем чужеземным купцам за оскорбления, причинённые его дочери в мусульманских краях, их бросили в тюрьму.


 А царевна Мариам прибыла в Константинию как раз накануне того дня.
И как только весть о её возвращении распространилась по городу, жители украсили все улицы в её честь, и всё население вышло к ней навстречу.

Царь и царица верхом на конях и вместе со всеми придворными встретили её на берегу.
И царица, нежно обняв дочь, прежде всего с тоской и тревогою спросила её, девственница ли она ещё или же, к несчастию и позору своего имени, лишилась неоценимого сокровища.

А царевна, расхохотавшись при всех присутствовавших, ответила:
— О чём ты спрашиваешь, мать моя?
Разве тебе неизвестно, что в мусульманских книгах сказано: «Ни одна женщина не состарится девственницей в Исламе».

В этом месте рассказа своего Шахразада заметила, что наступает утро, и скромно умолкла, А когда наступила шестьсот сороковая ночь, она сказала: К огда царица услышала такой непредвиденный ответ, и к тому же в присутствии всего двора, она вся пожелтела и без чувств упала на руки своих служанок.

Царь же почувствовал, что желчный пузырь лопается у него в печени, и, негодуя до последней степени, он увёл царевну и поспешил вернуться во дворец, где визири его сказали ему на собранном совете:
— Есть только одно средство для очищения царевны от мусульманской скверны: надо омыть её в мусульманской крови.

Надо вывести из тюрьмы сто мусульман и отрубить им головы!
Пусть соберут их кровь и выкупают в ней царевну, как бы в виде нового крещения!
И царь согласился, и отрубил палач головы всем купцам, собирая в большой таз кровь, которая текла из обезглавленных тел.

Но когда настал черёд Нура, какая-то старуха подошла к царю и сказала:
— О царь, сто голов уже отрублено, и таз полон крови.
Отдай мне этого молодого мусульманина для служения в церкви!

 И царь позволил это, и старуха, бывшая главною охранительницею церкви, дала ему длинную чёрную одежду, широкий пояс и научила прислуживать в церкви.

И на седьмой день старуха сказала Нуру:
— Знай, что сегодня очищенная кровавым крещением Мариам придёт в церковь, чтобы вымолить себе отпущение своих прежних грехов.
И когда я уйду спать, ты будешь служить ей, если это понадобится.

И Нур, скрывая радость, ответил:
— Я понял, о госпожа моя!
И вскоре одетая в чёрное с ног до головы царевна Мариам вошла в церковь, двери которой отворила ей старая охранительница, и медленными шагами направилась к внутренней часовне весьма мрачного вида.

Тогда старуха, не желая мешать её молитве, удалилась, напомнив Нуру, что он должен сторожить у дверей.
Тут Шахразада заметила, что наступает утро, и умолкла.
А когда наступила шестьсот сорок первая ночь, она сказала:








Мобильная версия Главная