Магия чисел    

История юного Нура и мужественной франкской девушки




К огда Нур убедился, что старуха заснула и храпит, как людоедка, он вошёл в часовню и дрожащим голосом сказал:
— Я Нур, о Мариам!

И царевна подумала сперва, что это сон, а потом бросилась в его объятия.
А когда они нашли силы говорить, то рассказали друг другу обо всём, что случилось с ними со дня разлуки.
Затем царевна сбросила траурные одежды, и, поцеловав его перед уходом, сказала:
— Я придумала способ вырваться из этого края!

Тебе надо отворить церковную дверь, выходящую к морю, и добраться до берега.
Там увидишь ты небольшое судно, капитан которого протянет тебе руку.
Но не торопись; подожди, чтобы он назвал тебя по имени!

Обо мне же не беспокойся: я сумею встретиться с тобою беспрепятственно.
И Нур с наступлением ночи, заслышав храп старухи, забрал все драгоценности, хранившиеся в подвале, и спрятал в свой пояс всё золото и серебро.

И дошёл он до берега, и капитан судна, назвав его по имени, принял его со всяким радушием.
И тотчас же дан был знак к отплытию.
Но один из матросов возвысил голос и сказал:
— О капитан, но мы получили приказ от нашего царя напасть на след мусульманских разбойников, которые грозили похитить царевну Мариам.

А капитан взбесился до последней крайности и закричал:
— Кто смеет ослушаться моих приказаний?
И, выхватив саблю, он одним ударом снёс голову тому, кто говорил.
И окровавленная сабля засверкала среди ночи, как факел.

Но этот решительный поступок не помешал остальным матросам продолжать роптать.
А потому все они в один миг разделили участь товарища под быстрою, как молния, саблей капитана, который столкнул их тела в море.

Тут Шахразада заметила, что наступает утро, и умолкла.
А когда наступила шестьсот сорок вторая ночь, она сказала: П осле этого он обернулся к Нуру и закричал:
— Развязывай канаты и ставь паруса, а я встану к рулю!

И маленькое судно, управляемое твёрдой рукой капитана, полетело на всех парусах в открытое море и, подгоняемое попутным ветром, направилось к Аль-Искандрии.
А бедный Нур говорил себе: «Что станется со мною с этим свирепым человеком?

Не выйду я живой из его рук».
И всю ночь предавался он этим скорбным мыслям, присматривая за парусами и снастями.
А наутро капитан вдруг бросил тюрбан к своим ногам, громко расхохотался, сорвал свою бороду и усы, и Нур узнал царевну Мариам!

И он бросился к её ногам и признался, что боялся ужасного капитана, а царевна много смеялась, направив судно в ближайшую гавань.
На берегу они наняли нескольких матросов и опять пустились в море.

И Мариам, превосходно изучившая мореплавание, отдавала необходимые приказания во всё время пути.

А ночью она ложилась около своего возлюбленного Нура и вкушала с ним всю сладость любви среди морской свежести под открытым небом.

И вскоре прибыли они к мусульманской земле, и Нур сошёл на берег за покрывалом для Мириам и другими необходимыми покупками.

 А царь франков, узнав, что дочь его пропала, а в порту нашли обезглавленные тела матросов, закипел бешенством, призвал начальника гавани и хромоногого визиря и закричал им:
— Дочь моя, без сомнения, уехала в мусульманские края к своим насильникам.

Если вы не привезёте её сюда живой или мёртвой, я велю посадить вас обоих на кол!
И они немедленно отплыли на корабле в Аль-Искандрию, куда и прибыли одновременно с беглецами.
И тотчас же узнали они небольшое судно, привязанное у берега, и царевну Мариам, сидевшую на палубе.

И посадили они в лодку вооружённых людей, которые неожиданно напали на судно царевны, схватили её, заткнули ей рот и перенесли её на свой корабль, а маленькое судно подожгли.
И вышли они в открытое море и направились в Константинию, где передали царевну Мариам отцу её...

Тут Шахразада заметила, что наступает утро, и умолкла.
А когда наступила шестьсот сорок третья ночь, она сказала: К огда царь франков увидел её, он в сильном гневе закричал:
— Горе тебе, проклятая дочь!

Ты отреклась от веры предков твоих!
Готовься к смерти, тебя повесят у дверей церкви!
Но в это время старый визирь дошёл, хромая, до трона и, получив соизволение говорить, сказал:
— О царь времён, знай, что недостойный раб твой давно уже очарован прелестями царевны.

И я прошу выдать её за меня замуж.
Я так безобразен, что этот брак послужит ей карой за её ошибки!
И я обязуюсь держать её взаперти во дворце моём.
И царь ответил:
— Твоему желанию нет препятствий.

Но что будешь ты делать с этой головнёй, зажжённой адским огнём?
А визирь ответил:
— Клянусь Мессией!
Я же сумею действовать так осмотрительно, что супруга моя не будет предаваться предосудительным излишествам.

А царь франков сказал:
— О хромоногий, предупреждаю тебя, если ты выпустишь мою дочь из своего дворца, то голова твоя немедленно слетит с плеч!
И после свадебной церемонии отвратительный старый визирь должен был войти в комнату царевны.


 А Нур, вернувшись на берег, узнал, что экипаж франкского корабля неожиданно напал на привязанное неподалёку судно и сжёг его, похитив с него перед тем молодую женщину.

При этом известии Нур изменился в лице и едва не лишился чувств.
Между тем к собравшейся толпе подошёл шейх, в комнатах которого жили Нур и царевна после своей первой встречи.
Он узнал бедного Нура, спросил его о причине его жалкого вида и, узнав в чём дело, сказал:
— Пойдём со мною, сын мой!

Ты молод, и вместо того, чтобы приходить в отчаяние, ты должен пользоваться своею молодостью и своим здоровьем.
Пойдём, род красивых девушек ещё не угас в нашей стране!
Мы сумеем найти тебе египтянку, прекрасную и опытную в любви, которая, без сомнения, вознаградит тебя за потерю этой франкской царевны.

Но Нур ответил:
— Клянусь Аллахом, я хочу возвратиться в город царя франков и вырвать оттуда мою возлюбленную!
Ничто не помешает мне сделать это, даже подвергаясь опасности положить за это драгоценную жизнь души моей!

А так как волею судьбы в гавани в это время находилось судно, готовое к отплытию на острова франков, молодой Нур поспешил сесть на него.
Тут Шахразада заметила, что наступает утро, и умолкла.
А когда наступила шестьсот сорок четвёртая ночь, она сказала: Ц арь же франков, поклявшийся Мессией истребить мусульман на земле и на море, снарядил сто военных кораблей, чтобы преследовать мусульманские суда, опустошать берега и повсюду сеять разорение и смерть.

Поэтому судно, где находился Нур, было взято в плен одним из этих военных кораблей, а случилось это в день бракосочетания кривого визиря и царевны Мариам.
И царь приказал посадить на кол всех взятых в плен мусульман перед воротами дворца, в котором справляли свадьбу.

И это зверское приказание было исполнено, и оставался один только молодой Нур, когда к царю приблизился кривой визирь и сказал:
— О царь времён, я обещался умертвить у моих дверей мусульманина, чтобы призвать благословение на мой брак.

Позволь мне забрать этого пленника!
Получив согласие, визирь велел заковать Нура в цепи и до казни держать в конюшне своего дома.
А в конюшне кривого визиря стояло два коня благороднейшей арабской крови, но у одного из них было бельмо на глазу.

Визирь пробовал его лечить, но только усилил болезнь.
Когда же визирь привёл Нура в конюшню, тот, заметив это бельмо, стал улыбаться.
И на вопрос визиря, в чём причина улыбок, Нур ответил:
— Во всём христианском царстве не нашлось человека, чтобы вылечить эту лошадь!

Я же это могу!
Что дашь ты мне, если завтра глаза этой лошади будут здоровы, как здоровы глаза газели?
И визирь ответил:
— Я обешаю тебе свободу и назначу тебя начальником моих конюшен!
И визирь развязал Нуру руки, а тот взял сала, воску, извести, чесноку, смешал всё это с густым соком, выжатым из луковиц, сделал пластырь и приложил его к больному глазу лошади.

После этого он лёг на плохую кровать, стоявшую в конюшне, и предоставил Аллаху заботу об излечении.
Тут Шахразада заметила, что наступает утро, и умолкла.
А когда наступила шестьсот сорок пятая ночь, она сказала:







Мобильная версия Главная